Владимир Даль, собравший речь народа,
Как колоски с бескрайних русских нив,
Всю жизнь внимал дыханию природы,
И говору, что точен и правдив.
Он в слове видел память поколений,
И силу быта, веры и труда,
И потому его большой словарь
Живым остался с нами навсегда.
Не в тишине одной библиотечной,
Не в пыльной строгости ученых фраз,
А в песне, в споре, в приговоре встречном
Он слышал речь, дошедшую до нас.
И заносил в тетради бережливо
Слова деревень, ярмарок, дорог,
Чтоб русский звук, могучий и красивый,
Никто в веках утратить бы не смог.
Его словарь — не просто свод значений,
Не перечень для памяти сухой,
А целый мир: изба, метель, селенье,
И смех, и труд, и вечер над рекой.
Там слово дышит, светится, кочует,
Храня следы народного лица,
И в каждом томе медленно врачует
Забвенье, что черствеет без конца.
Как много лет, упорных и суровых,
Ушло на этот тихий, тяжкий труд:
Сберечь богатство оборотов новых
И старых слов, что больше не придут.
Но Даль сумел — и в этом величавость
Его пути сквозь время и века:
Он дал России не одну лишь память,
А ключ к душе родного языка.
И ныне, открывая эти строки,
Мы слышим Русь в ее живом ладу:
И говор поля, и напев далекий,
И зимний звон на стынущем пруду.
Покуда слово в сердце отзывается,
Покуда в нем жива родная даль,
С народной речью рядом остается
Ее великий собиратель — Даль.

Кондратов Виталий
Владимир Даль.

